Было дано Александру Смирнову и Мацуоке Харуо-сэнсэю
Александр Смирнов (АС):
Сэнсэй, сколько Вам было лет, когда Вы начали заниматься каллиграфией
Абэ Сэйсэки-сэнсэй (АСС):
В 19 лет, в 1934 году. И начал я заниматься каллиграфией из-за родителей. Девичья фамилия моей матери была Фудэ (по-японски "Кисточка"- А.С.), а мой отец был учителем начальных классов и преподавал каллиграфию.
Поэтому из-за моих родителей я чувствовал себя обязанным изучать каллиграфию!
АС:
Вы продолжали заниматься каллиграфией из-за самой каллиграфии или это просто традиция такая в Японии, раз чем-то занялся из-за родителей, то изволь продолжать?
АСС:
Принцип японцев - уважать родителей! И влияние со стороны родителей очень сильно!
Уважить родителей! Мне лучшей причины для занятий и не нужно было.
Мацуока Харуо-сэнсэй: (МХС) Вы осваивали принципы регулировки дыхания одновременно с занятиями каллиграфией?
АСС:
Когда я начал заниматься каллиграфией, я знать ничего не знал о регулировке дыхания!
Один раз до 19-тилетнего возраста я уже начинал заниматься каллиграфией в начальных классах школы. В определённый момент мне понадобилось для документации в школе предоставить свою автобиографию и я попросил отца написать её за меня. Я смотрел в тот момент на каллиграфию моего отца, он был очень опытен. В то время в Японии все документы и письма писались на свитках.
Писать кисточкой на свитке очень сложно, но мой отец писал очень красиво и ровно. И в тот момент я почувствовал дыхание отца и это произвело на меня громадное впечатление! Не просто письмо, но письмо с силой дыхания! Я до сих пор храню очень яркие воспоминания о регулировке дыхания во время каллиграфии моим отцом.
АС:
А с
О-сэнсэем Вы познакомились позже?
АСС:
Да.
МХС: Как Вы познакомились с О-сэнсэем?
АСС:
В 1940 году я начал страдать от депрессии вызванной напряжением от занятий каллиграфией.
Помимо этого в то время я вовсю занимался Кэндо и Дзюдо, и как то один из моих друзей пригласил меня с собой на собрание Мисоги (традиционный японский ритуал очищения, заключающийся в ритуальном обливании холодной водой). В последний момент мой друг не смог пойти, и я пошёл один.
Там я познакомился с профессором Футаки. Футаки-сэнсэй преподавал Мисоги. И вот во время этого собрания Футаки-сэнсэй рассказал всем про О-сэнсэя.
В то время не было такого названия "Айкидо", и называлось это "Уэсиба-рю Тайдзюцу". Футаки-сэнсэй сказал мне что найти О-сэнсэя тяжело, но я обязан постараться это сделать, потому что О-сэнсэй - гений.
И вот в 1952 году я, наконец, встретил
О-сэнсэя в префектуре Осака. Произошло это в результате случайного совпадения.
Однажды я шёл по улице и увидел дом на двери которого висела табличка с именем О-сэнсэя. Я был очень удивлён и постучал в дверь. О-сэнсэй открыл дверь лично! Он немедленно произвёл на меня сильное впечатление. Но для него я был незнакомцем. На моё счастье сразу за его спиной стоял Танака-сэнсэй, который знал меня лично. И потому меня пригласили войти. Я снял обувь и зашёл в дом О-сэнсэя. Я объяснил ему, почему я постучался и как всё произошло.
В те годы было абсолютно невозможно ученику начать заниматься Боевыми Искусствами без рекомендательного письма, но как только я объяснил про Футаки-сэнсэя, О-сэнсэй простил меня и позволил заниматься.
Между О-сэнсэем и Футаки-сэнсэем были очень близкие отношения. С этого момента я начал тренироваться в додзё у Танаки-сэнсэя в Осаке. Немного после этого, у меня с О-сэнсэем состоялся очень приятный разговор про Мисоги. В то время О-сэнсэй постоянно проживал на острове Хоккайдо в деревне Сиратаки (что переводится как "Белый водопад"- А.С.).
На Хоккайдо очень холодный климат. О-сэнсэй постоянно занимался Мисоги, наверное, немногие знают об этом. О-сэнсэй делал Мисоги каждое утро на Хоккайдо! Зимой было много снега и река в деревне Сиратаки замерзала.
Каждое утро О-сэнсэй выходил на реку делать Мисоги. На реке лёд был такой толстый что тяжело было его сломать чтоб добраться до воды. Но каждое утро О-сэнсэй выходил на берег. И в том месте лёд стал тоньше потому что О-сэнсэй ломал его каждое утро.
О-сэнсэй очень гордился такими тренировками. О-сэнсэй говорил что то, как делают Мисоги на Хоккайдо, отличается от нашего, что значило что их способ тяжелее.
Обычно у человека 5 чувств: вкус, обоняние, зрение, осязание и слух. Если долго заниматься Мисоги, более опытный ученик умеет развить в себе дополнительные чувства. Человек, занимающийся Мисоги, может прикоснуться к другому миру, миру духовному.
АС:
А какое у Вас было впечатление когда Вы увидели О-сэнсэя и его учеников на тренировке?
АСС:
Он был самый великий! Великий философ и необычный гений.
Ещё до того, как я лично встретился с О-сэнсэем, я уже начал заниматься Айкидо. Футаки-сэнсэй наказал мне учится Айкидо у О-сэнсэя, как только я его найду. Футаки-сэнсэй был одним из учеников О-сэнсэя. Футаки-сэнсэй и О-сэнсэй уважали друг друга не просто как друзья, а как учитель и ученик.
МХС:
А какую связь имеет Мисоги и Айкидо?
АСС:
Два вида связи - физическая и умственная.
Связующим звеном между Айкидо и Мисоги является дыхание. Живой человек должен дышать, но это обычное дыхание.
В Айкидо и Мисоги человек дышит иначе. В этом и есть связующие звено.
АС:
А когда Вы стали заниматься, Вам пришлось перестраивать своё дыхание?
АСС:
Сначала все ученики изучают физические упражнения и технику приёмов, и только потом начинают изучать дыхание.
Сначала О-сэнсэй меня научил лишь основам Пути Дыхания и только много позже особым приёмам, основанным на Пути Дыхания. О-сэнсэй мне сразу раскрыл секрет, но в тот момент я его не осознал. Но я хорошо помню что основы Пути Дыхания О-сэнсэй мне преподавал почти сначала.
МХС:
А Путь Дыхания, изучение дыхания внутри приёма, комбинируется с только изучаемым приёмом?
АСС:
Начинающих нужно учить по отдельности (дыхание отдельно от приёма). Дыхание и приёмы разделены для начинающих.
О-сэнсэй учил нас что источник успешно проведённого приёма это дыхание. Это довольно сложно усвоить, но О-сэнсэй считал что если ученик может успешно понять Путь Дыхания, то через месяц этого ученика уже можно делать инструктором. Путь Дыхания очень тяжело освоить!
АС:
А не схоже ли дыхание с Ки?
АСС:
Ки Пути Дыхания отличается от обычного Ки. Обычный Ки происходит от китайской философии Тай Чи , Ци Гун (иероглифы Ки, Чи и Ци это одно и то же- А.С.).
Но Ки Дыхательного Пути отличается.
АС:
Во время урока каллиграфии Вы должны были выдохнуть, написать черту и затем вдохнуть?
Или выдыхать во время написания черты?
АСС:
Начинающие должны прерывать дыхание с первого до последнего момента написания черты. Но для более опытных есть метод написания черты на выдохе.
Техника и дыхание должны быть едины. Другими словами, это концепция единения дыхания и приёма в едином целом. К этому мы стремимся.
АС:
Как же этому научиться?
АСС:
Сначала полный выдох. Потом прервать дыхание. Потом полный вдох. Потом прервать дыхание. Повторять снова и снова.
МХС:
Мысли сосредотачивать на дыхании или думать о чём-нибудь ещё?
АСС:
Да. Такое дыхание производится нижней частью живота. Точкой под пупком.
Прерывание дыхания на время и есть ключ к пониманию Пути Дыхания. Дело не просто в чисто механическом выдохе-перерыве-вдохе-перерыве. Во всяком случае, не в той форме, как это было бы у обычного человека. Это очень тонкое понятие.
МХС:
Может нам следует начать с осознания собственных дыхательных привычек?
АСС:
Да, на это надо обратить серьёзное внимание. Слишком много народу ходит на тренировки бездумно, для них Айкидо просто спорт, наподобие физзарядки.
МХС:
Не хотели бы Вы поделиться какими-нибудь воспоминаниями об О-сэнсэе?
АСС:
Когда О-сэнсэй что-то говорил - я слушал не только ушами. Но всем телом. Я был очень чувствителен к его словам.
МХС:
Это Мисоги привило Вам такую увствительность?
АСС:
Мой дух стал более сосредоточен и подвижен в результате занятий Мисоги. Это слишком сложный вопрос даже для нашего разговора.
МХС:
Не расскажете ли ещё что-нибудь про О-сэнсэя?
АСС:
Когда
О-сэнсэй жил у меня в доме, как-то раз после тяжёлой тренировки, уже после полуночи, я стал читать на ночь книжку о поединках на мечах О-сэнсэю чтобы он скорее заснул, как колыбельную.
Обычно, если мать читает на ночь что-то ребёнку, после того, как ребёнок заснёт, она старается двигаться очень аккуратно, чтобы не разбудить ребёнка. И я сделал тоже самое, когда О-сэнсэй уснул. Я очень тихо закрывал книжку, как вдруг О-сэнсэй как рявкнет: "А что дальше!?"
И ещё один был интересный случай.
Я как-то читал О-сэнсэю книгу о поединках на мечах знаменитого на всю Японию автора Гоми Косукэ, и это была любимая книга О-сэнсэя.
Так вот, пока я читал, О-сэнсэй вдруг проснулся и резко спросил: "Где мой меч?" О-сэнсэй стал мне показывать, как правильно делать приём с мечом, приговаривая: "Гоми там неправильно написал! Вот так делай! Делай как я! Я делаю правильно!"
Таким образом, пока О-сэнсэй слушал историю, он воображал всё происходящее как настоящий поединок на мечах. Он воображал всё происходящее, но в определённый момент возникло расхождение между его воображением и текстом романа. И я своими глазами увидел, какая большая разница бывает между вымыслом и реальностью.
АС:
А Ваше Айкидо изменилось за годы?
АСС:
Это так! Я намного улучшился и как Айкидист и как человек!
АС:
Имеет ли это отношение к тому что Вы мне говорили как то раньше: "Чем сильнее мастер, тем его Айкидо мягче!"
АСС:
Да, это так.
МХС:
И с Вами это происходило?
АСС:
У меня был очень сильный прогресс. В увеличении уровня мягкости. И я за долгие годы видел ту же самую метаморфозу с другими мастерами.
Человек который не изменяется в этом направлении никогда не сможет полностью постичь Ки.
АС:
Видимо имеет большую разницу - начать изучать Айкидо у уже опытного мастера или у свежеиспечённого инструктора!
АСС:
Всё зависит от личности самого ученика. У рямых учеников
стиль Айкидо очень жёсткий!
Смотри также
видео Сэйсэки Абэ
